С начала 2026 года российский экспорт продукции агропромышленного комплекса (АПК) достиг $16 млрд, увеличившись на 22,5% год к году. В 2025 году объем поставок составил $41,6 млрд. Это стало возможно за счет резкого роста производства, не последнюю роль в котором сыграла господдержка. О том, на что будут направлены меры в дальнейшем и почему российским аграриям стоит задуматься о выходе на рынок капитала, в интервью “Ъ” в ходе ПМЭФ рассказал председатель правления АО «Россельхозбанк» (РСХБ) Борис Листов.

— В 2025 году экспорт продукции АПК превысил $40 млрд, а еще 20 лет назад страна зависела от импорта. Как удалось переломить ситуацию?

— В первую очередь за счет мер по защите внутреннего рынка и масштабной господдержки — в том числе через отраслевой банк. В начале 2000-х мы замещали импорт, и это требовало прямых субсидий. К 2015—2017 годам отрасль вышла на самоокупаемость по многим направлениям. Сегодня мы не просто выполняем доктрину продовольственной безопасности, но и выступаем одним из крупнейших поставщиков продовольствия в мире. За последние десять лет кратно выросло производство, например по пшенице в 2,2 раза, по кукурузе — в 4,8, по рапсу — более чем в 8 раз. У нас 9% мировой пашни и полный цикл производства удобрений. Это не героика, это результат длинной инвестиционной стратегии и партнерства государства с бизнесом.

— Сейчас господдержка по-прежнему необходима? Маржинальность многих аграриев и так высокая.

— Это только на первый взгляд. АПК — социально ориентированная отрасль. Льготное кредитование нужно для роста объемов производства. Есть поручение президента России: с 2021 по 2030 год увеличить объем сельхозпроизводства на 25%. Сейчас идет вторая волна импортозамещения, развитие селекции и генетики. Без плеча государства развивать это все невозможно. Мы не изобретаем велосипед, льготное кредитование и прямые субсидии — мировая норма.

Согласно данным Организации экономического сотрудничества и развития (OECD) по 54 странам, господдержка составляет в среднем 12,9% доходов сельского хозяйства. Общая сумма поддержки в 2021—2023 годах составляла $842 млрд в год, 80% этой суммы приходилось на Китай, Индию, ЕС и США. Во многих странах стимулирование инноваций со стороны государства рассматривается как основной инструмент перезапуска роста производительности АПК. Господдержка агросектора должна сохраняться.

— Ключевая ставка долго держится на высоком уровне. Агросектор легко это переносит?

— Сказать «легко переносит» было бы лукавством. Агросектор показывает фундаментальную устойчивость, отрасль растет в четыре раза быстрее ВВП. Его совокупная выручка — почти 18 трлн руб. в год, это сопоставимо со строительством или электроэнергетикой. Оборот розничного рынка продовольствия достигает 30 трлн руб. в год. Но высокая ставка бьет по инвестиционному развитию и маржинальности — это факт. За прошлый год доля прибыльных организаций в АПК снизилась на 2,4 процентного пункта, до 76,9%. А фактическая рентабельность сельхозпредприятий опустилась в среднем на 5%.

— В этом смысле ситуация в АПК мало отличается от промышленности: высокая ставка не позволяет запускать новые проекты.

— Верно, снижение ключевой ставки здесь играет решающую роль. Наш прогноз: к концу 2026 года ставка будет на уровне 12%. Инфляция замедляется. 12% — это тот порог, за которым начнется возрождение инвестиционной активности.

— Ситуация в Ормузском проливе — для российского агроэкспорта окно возможностей или новые риски?

— Из-за ситуации в Ормузском проливе следует ждать роста мировых цен на продовольствие, повышения спроса на российское зерно и минеральные удобрения. Как раз поэтому сегодня, в текущей геополитике, стимулировать экономическую активность в АПК критически важно. Не только для нас, но и для глобальной продовольственной безопасности. Россия долгие годы поставляла продовольствие своим партнерам, в том числе в страны Персидского залива. И, конечно, наши аграрии продолжат оставаться для своих клиентов надежным контрагентом. А вот в некоторых крупных странах стоит ожидать нехватки минеральных удобрений и, соответственно, снижения урожайности.

— Сейчас много разговоров о товарной биржевой торговле, вы поддерживаете развитие этого направления?

— Биржевая торговля — еще один инструмент развития экспортного и внутреннего рынка. Похожий путь в России уже проходила нефтегазовая отрасль. В мире этот механизм давно используется. В США через биржу проходит более 50% зерна, в ЕС — практически весь объем, в Аргентине — треть. Россия — ведущий экспортер пшеницы, обеспечивающий 20% мирового рынка. Но внутри страны у нас через биржу продается меньше 1% зерна.

Торги обеспечивают прозрачность ценообразования, стандартизацию сделок и поставок. Их развитие даст ценовые индикаторы, повысит доверие к компаниям. Это, в свою очередь, позволит им выйти на рынок капитала, здесь начинается следующий этап развития агросектора. Я поддерживаю поэтапный переход на биржевую торговлю зерном. Реально создать организованный рынок за пять лет. Выиграют все: фермеры получат рыночные цены, а экспортеры — качество и скорость консолидации партий.

— Какой сейчас уровень капитализации агросектора?

— Отрасль стремительно прошла огромный путь: от колхозов до технологичных предприятий. Агросектор объективно созрел для привлечения финансирования через публичный рынок капитала. Пока доля публичных компаний в его выручке — всего 5%, хотя вклад отрасли в экономику страны существенный. Для сравнения: доля публичных компаний в выручке у металлургов — 39%, у электроэнергетиков — 60%. Понимаете разницу? АПК — это экономика триллионов, которая до сих пор не стала полноценным рынком для инвесторов. На мой взгляд, это огромная возможность. Речь не о маленьком секторе, который должен вырасти, а о большой отрасли, которая раскроет свой потенциал.

— С чего компаниям следует начинать?

— С долгового рынка, с облигаций. Это самый естественный инструмент выхода на публичный рынок, который позволит привлекать дополнительное финансирование у широкого круга инвесторов. Следующий этап — IPO. Сейчас объем облигаций АПК около 181 млрд руб. при кредитном портфеле более 5,6 трлн руб. Получается, доля облигаций около 0,5%. АПК вместе со смежными отраслями — 867 млрд руб., и даже это всего 3% от общего объема рынка корпоративных облигаций в обращении. Но темпы набраны. Рост рынка облигаций АПК за последний год почти в три раза опережает рост рынка корпоративных облигаций и составляет 50%. Здесь появляются новые качественные эмитенты. Если раньше речь главным образом шла о крупнейших компаниях в сферах удобрений, ритейла, птицеводства, то в последний год к ним добавились производители и переработчики молока, мяса, вина. Это существенно расширило выбор инструментов для инвесторов. А объем размещенных облигаций за год превысил 90 млрд руб.

— Какую роль в этом процессе играет РСХБ?

— Мы становимся инфраструктурой-платформой выхода отрасли на публичный рынок. За 25 лет РСХБ инвестировал в АПК более 19 трлн руб. Мы знаем отрасль изнутри. Понимаем риски, экономику компаний, точки роста. Если раньше мы соединяли отрасль с государственным капиталом, то сегодня все больше соединяем ее с частными инвестициями. Почти все размещения в АПК проходят с участием РСХБ. Мы сопровождаем компании на всех этапах: от получения рейтинга, подготовки документации до раскрытия информации, размещения и работы с инвесторами. Фактически мы создаем инфраструктуру, в которой агросектор становится привлекательным инвестиционным активом.

— Рассматриваете собственный выход на IPO?

— Да, конечно. И мы уже заложили подготовку к IPO в стратегии развития банка до конца 2030 года. Она утверждена наблюдательным советом РСХБ. Для успешного выхода должны сыграть два фактора: нужна рыночная конъюнктура и длительный положительный трек-рекорд финансовой эффективности. Этим мы и занимаемся. В 2025 году чистая прибыль РСХБ составила 50,1 млрд руб.— это лучший результат за всю историю банка. Рентабельность собственного капитала увеличилась с 13,2% до 14,5%. Качество кредитного портфеля — одно из лучших в банковском секторе.

Коммерсантъ

Минсельхоз успешно реализует программу достижения продовольственной самообеспеченности, безопасности, и ставит перед собой новые цели. Об этом сообщила первый замминистра сельского хозяйства РФ Елена Фастова в ходе выступления на Петербургском международном экономическом форуме. Среди ключевых задач — развитие технологий и производства глубокой переработки агропродукции с высокой добавленной стоимостью.

Доктрина продовольственной безопасности успешно реализуется, растет экспорт, и Минсельхоз ставит перед собой новые цели, сообщила Елена Фастова на сессии «Продовольственная безопасность как основа решения ключевых государственных задач».

«Это не только цели обеспечить себя агропродукцией, увеличить экспорт, но и развивать такие отрасли, как семеноводство, селекция, генетика, ветеринарные препараты, кормовые добавки. То есть пойти в уже глубокую переработку и в технологические процессы», — подчеркнула Елена Фастова.

Для этого разработан проект с целями до 2030 года. Россия стремится выйти на другой технологичный уровень и производить продукцию с высокой добавленной стоимостью. «Я думаю, у нас есть все механизмы для этого», — отметила замминистра.

Она напомнила, что РФ начала идти по этому пути еще в начале двухтысячных годов, и в 2010 году на первом этапе появилась утвержденная указом президента доктрина продовольственной безопасности. На первом этапе ставилась задача обеспечить РФ основными видами собственной продукции — в списке было  8 товаров: мясо, зерно, подсолнечное масло, сахар. Затем перечень расширили до 11-ти: добавились овощи и фрукты, которые импортировались. В 2014 году Минсельхоз предоставил беспрецедентные меры поддержки производства этих продуктов. «И за буквально 10 лет мы смогли полностью выйти на самообеспеченность помидорами, огурцами практически во всей России, за исключением Дальнего Востока», — отметила Елена Фастова.

Она назвала еще одну из важных задач — самообеспеченность яблоками. Сейчас в России 83% яблок — отечественные, а к 2030 году необходимо достичь цели в 100%, и производить 2,7 млн тонн яблок.

В Увельском округе Челябинской области будет построен элеватор и МЭЗ мощностью 411 тыс. т сырья в год (1,2 тыс. т подсолнечника и рапса в сутки). Инвестиции в проект составят 15 млрд руб., строительство элеватора начнется в этом году и завершится в 2028-м, работы над МЭЗом будут вестись в 2029—2033 годах, пишет «Уралпресс». Соглашение, направленное на развитие агропромышленного комплекса Южного Урала, было подписано в ходе Петербургского международного экономического форума между губернатором Челябинской области Алексеем Текслером и учредителем компании-инвестора — «Сигма» — Мариной Махровой.

По словам главы региона, этот проект является стратегическим для АПК Челябинской области. «Он позволит не только нарастить объемы переработки масличных культур внутри региона, но и существенно увеличить экспортный потенциал. Мы последовательно движемся к тому, чтобы Южный Урал стал одним из центров масложировой промышленности России», — сказал Текслер. По информации Министерства сельского хозяйства Челябинской области, яровой сев масличных в этом году пройдет на площади 426 тыс. га. Ожидаемый урожай маслосемян превысит 500 тыс. т. 

Гендиректор Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР) Дмитрий Рылько говорит, что пару лет назад он бы посчитал реализацию такого проекта в Челябинской области рискованной затеей на будущее, однако Южный Урал стремительно превращается в еще один мощный кластер по производству ярового рапса и подсолнечника. «Там, и в соседней Курганской области, площади растут как на дрожжах <...>. “Сигма”, видя этот тренд (активный рост производства масличных на Южном Урале), принимает, я думаю, абсолютно правильное решение (о строительстве МЭЗа)», — прокомментировал Рылько «Агроинвестору». Он также обращает внимание на то, что в этом году ИКАР ожидает рекордные посевные площади под рапсом и подсолнечником на всем Южном Урале.

В 2024 году «Агроинвестор» писал, что «Сигма» планирует построить в Алтайском крае МЭЗмощностью 1,2 тыс. т масличных в сутки. Инвестиции в проект тогда оценивались в 17 млрд руб., завершить его планировалось к середине 2027 года. Экспортный потенциал проекта — до 200 тыс. т готовой продукции в год, что эквивалентно более чем 9,5 млрд руб. Основное направление экспорта — страны Азии. О планах компании «Сигма» по строительству маслоэкстракционного завода в Алтайском крае стало известно еще в 2021 году. Тогда инвестиции в проект оценивались в 15 млрд руб., а мощность переработки — до 1,5 тыс. т маслосемян в сутки. 

В мае 2026 года управление Алтайского края по пищевой, перерабатывающей, фармацевтической промышленности и биотехнологиям сообщало, что «Сигма» завершает строительство рушально-веечного и прессового отделений, а также первой очереди ТЭЦ. «В июле 2026 года планируется начать производство растительного масла прямого отжима и выйти на производительность переработки более 300 т маслосемян в сутки. Полный ввод в эксплуатацию маслоэкстракционного завода в Алтайском крае планируется в 2027 году. Для этого планируется построить несколько цехов для экстракции и рафинации продукции», — говорил исполнительный директор «Алтайского МЭЗа» Денис Курочкин.

Руководитель Россельхознадзора Сергей Данкверт, выступая на сессии «Пазл мировой продовольственной безопасности» в рамках ПМЭФ, заявил, что ориентация на экспорт продукции АПК только в одну страну всегда ведет к проигрышу.

«Даже Китай, даже Индия не спасут, если на них только ориентироваться. Важно поставлять в сотню стран — больше сотни стран, чтобы всегда можно было диверсифицировать возможности поставки продукции», — подчеркнул глава ведомства.

Он отметил, что Россия прошла путь от крупного импортера до одного из значимых экспортеров продовольствия. 

Россия готова выполнять требования импортеров: только за прошлый год ведомство приняло 44 иностранные инспекции и направило за рубеж более 25 своих миссий для открытия новых рынков, сообщил Сергей Данкверт.

Посевная яровой пшеницы в России по-прежнему сталкивается с задержками из-за непрекращающихся дождей, создавая риск снижения урожая, пишет Bloomberg.

На 26 мая фермеры засеяли пшеницей около 7,1 млн га — на 12% меньше, чем годом ранее, согласно оценкам Минсельхоза, полученным от двух местных трейдеров. Тем не менее, по мере приближения посевной к завершению разрыв сократился по сравнению с первой половиной мая.

Количество осадков в ключевых для яровых регионах, включая Поволжье и Сибирь, превысило сезонные нормы на 60—118%, по данным Росгидромета. Из-за этого почва оказалась слишком влажной для сева.

«Если влажная погода сохранится, существует риск сокращения посевных площадей, снижения урожайности поздно посеянных культур и потенциально более высокого давления болезней позже в течение сезона», — сообщила Жанна Алексахина, аналитик Expana в Мадриде.

Яровая пшеница составляет почти треть всего урожая пшеницы в РФ. Снижение происходит на фоне рисков для урожая и в других крупных странах-производителях, включая США и Австралию, из-за неблагоприятной погоды и роста затрат на топливо и удобрения.

«Это самые медленные темпы сева с 2018 года», — сказал глава консалтинговой компании «СовЭкон» Андрей Сизов, отметив наибольшие задержки в Поволжье и Сибири.

Посевные площади под яровой пшеницей могут сократиться еще сильнее, поскольку укрепление рубля снизило доходы от экспорта зерна, добавил он.

«Даже если погода станет благоприятной, некоторые фермеры уже не видят особого смысла сеять яровую пшеницу, потому что задержка стала критической», — считает глава Российского зернового союза Аркадий Злочевский.

У культуры «не остается времени на развитие». Тем не менее озимая пшеница может компенсировать снижение, если погода останется благоприятной до конца уборки, добавил он.